Филолог Пестова объяснила феномен подросткового «6–7»
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zL3Bob3RvLTIwMjYtMDMtMjctMTY0NzIyLmpwZWc.webp)
Фото - © скриншот
Кандидат филологических наук Анна Пестова заявила, что мемы и вирусный контент активно меняют речь подростков, а выражение «6–7» стало маркером принадлежности к субкультуре, сообщает Life.ru.
Фразы «заскамил мамонта», «альтушка для скуфа» и «6–7» все чаще звучат в школьной среде. По словам старшего научного сотрудника Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН Анны Пестовой, молодежный язык менялся всегда, но сегодня процесс ускорился из-за цифровой среды.
Если раньше устойчивые выражения имели литературные корни, то теперь значительная часть словаря рождается из мемов и вирусного контента. Особую роль играет так называемый брейнрот-контент — абсурдные ролики и изображения, которые быстро создают новые слова и так же быстро выводят их из употребления.
Некоторые мемные единицы закрепляются. В научной среде обсуждают включение в словари слов «Карл!» и «яжемать».
Отдельно Пестова выделила феномен «6–7» (six-seven), распространившийся в 2025 году.
«Перед нами уникальный лингвистический феномен: слово, у которого практически нет значения, а есть только функция — быть знаком принадлежности к своей субкультуре», — подчеркнула Пестова.
По мнению эксперта, проблема не в сленге как таковом, а в утрате навыка переключения между стилями речи.
«Когда семиклассник отвечает учителю «норм, спс», он не специально хамит — он просто не понимает, что здесь нужен другой язык. Переключатель застрял в положении «для своих», — пояснила эксперт.
При этом литературная норма сохраняется в образовании, документах и медиа, а мемный язык существует как отдельный, быстро меняющийся слой.
Подписывайтесь на канал РИАМО в MAX.