«Разъединенное королевство»: смогут ли Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия выйти из состава Британии

О чем говорят данные соцопросов и каковы юридические барьеры на пути к распаду Соединенного Королевства, читайте в материале РИАМО.

14 сентября 2026 года в Кардиффе произошло событие, которое еще десять лет назад показалось бы политической фантастикой: первые министры Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии впервые в истории подписали совместный документ, в котором заявили о праве своих народов самостоятельно определять конституционное будущее. Все три автономных правительства сегодня возглавляют партии, выступающие за выход из состава Соединенного Королевства — Шотландская национальная партия (SNP), валлийская Plaid Cymru и североирландская Sinn Féin. Символически картина выглядит почти завершенной: Эдинбург, Кардифф и Белфаст впервые синхронно бросают вызов Вестминстеру. Однако означает ли это, что реальный распад Британии — вопрос ближайших лет?

Почему Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия заговорили о выходе из Великобритании

Фото - © Ingram Publishing / Фотобанк Лори

Современный виток дискуссии о будущем Соединенного Королевства уходит корнями в конец 1990-х годов, когда правительство Тони Блэра провело деволюцию — передачу части полномочий от Вестминстера региональным парламентам. В 1998 году были созданы Шотландский парламент, Национальная ассамблея Уэльса (позже переименованная в Сенедд) и институты самоуправления Северной Ирландии, оформленные в том же году Белфастским соглашением (оно же — Соглашение Страстной пятницы), положившим конец десятилетиям вооруженного конфликта между юнионистами и республиканцами.

Белфастское соглашение имеет принципиальное значение для всей нынешней дискуссии: оно предусматривает законный механизм референдума об объединении Ирландии — так называемый «пограничный опрос» (border poll). Решение о его назначении находится в руках британского министра по делам Северной Ирландии, который обязан объявить голосование, если сочтет, что за объединение может проголосовать большинство. Ни Шотландия, ни Уэльс подобного автоматического права не имеют.

Первый референдум о независимости Шотландии состоялся в 2014 году по временному соглашению с Лондоном (так называемый Section 30 order, подписанный тогдашним премьером Дэвидом Кэмероном). Сторонники сохранения союза победили с результатом 55% против 45%. Однако уже через два года ситуация изменилась радикально: на общенациональном референдуме о членстве в ЕС в 2016 году Шотландия (62%) и Северная Ирландия (около 56%) проголосовали за то, чтобы остаться в Евросоюзе, тогда как Англия и Уэльс — за Brexit. В итоге все регионы покинули ЕС вместе со всей страной.

Brexit стал главным катализатором нового витка центробежных настроений. Для Шотландии он разрушил ключевой аргумент юнионистов образца 2014 года — тезис о том, что остаться в ЕС можно только в составе Британии. Для Северной Ирландии Brexit обернулся еще более болезненной проблемой — судьбой границы с Республикой Ирландия. Чтобы избежать восстановления пограничных постов, регион получил особый торговый статус, юридически оставаясь британским, но экономически оказавшись теснее связан с единой Ирландией, чем прежде. Валлийский национализм долгое время оставался наименее заметным из трех, однако и он получил новый импульс: в мае 2026 года по итогам выборов в Сенедд к власти в Уэльсе впервые пришла партия Plaid Cymru.

Что подписали лидеры Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии в Кардиффе

Фото - © Анна Чижова / Фотобанк Лори

Формально встреча в Кардиффе прошла не как заседание трех правительств, а как саммит лидеров партий — Sinn Féin, SNP и Plaid Cymru. Это принципиально снижает юридический вес документа, но не снижает его политического значения: впервые за почти три десятилетия деволюции все три региональных правительства одновременно возглавляют партии, стремящиеся к выходу из союза.

Документ, подписанный в столице Уэльса, охватывает четыре сферы сотрудничества: экономику, энергетику, отношения с Евросоюзом и международное сотрудничество, а также непосредственно вопросы конституционного самоопределения. Лидеры трех стран призвали правительство Великобритании «готовиться, планировать и обеспечить конституционные изменения в каждой юрисдикции», чтобы регионы получили возможность организовать референдумы о выходе из состава Соединенного Королевства. Как уточняли зарубежные СМИ, Шотландия и Уэльс хотят вступить в ЕС как независимые государства-члены, а Северная Ирландия — через объединение с Республикой Ирландия.

«Шотландия, Уэльс и Ирландия имеют особую историю, самобытность и политические традиции. Каждая из наших наций имеет право самостоятельно определять свое будущее — демократическими средствами и в соответствии с волей своего народа»,  — гласит текст меморандума.

Поддерживают ли жители независимость Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии

Фото - © Losevsky Pavel / Фотобанк Лори

Социологическая картина в трех регионах существенно различается — и именно она определяет, насколько реалистичны разговоры о скором распаде Британии.

Независимость Шотландии: что показывают последние опросы

Динамика опросов последних лет крайне волатильна. Еще в 2021–2024 годах, по оценке ряда аналитиков, идея независимости стабильно оставалась в меньшинстве. Однако в 2026 году тренд развернулся: в феврале опрос компании Find Out Now для издания The National показал 53% в поддержку независимости против 47% (без учета неопределившихся — 50% на 45%, при 5% не определившихся); наибольшая поддержка фиксировалась в Глазго (61%) и среди молодежи 16–29 лет (около двух третей). В августовском опросе той же компании за выход из состава Британии высказались 52% определившихся респондентов (48% в поддержку союза; среди всех опрошенных — 48% за независимость, 45% против, 7% не определились). Одновременно ряд других изданий по итогам осенних замеров 2026 года оценивает поддержку независимости на уровне около 47%, что подчеркивает: устойчивого перевеса какой-либо стороны на сегодня нет, а общество остается расколотым примерно поровну — как и на референдуме 2014 года (55% на 45% в пользу союза).

26 мая 2026 года шотландский парламент 72 голосами против 55 поддержал обращение к правительству Великобритании с призывом провести новый референдум о независимости — рекордное число голосов «за» с 2014 года. Лондон инициативу отклонил, подчеркнув отсутствие общественного консенсуса.

Независимость Уэльса: сколько жителей поддерживают выход из Великобритании

Валлийский национализм заметно усилился политически — весной 2026 года Plaid Cymru впервые в истории возглавила правительство региона, — однако на уровне общественного мнения независимость по-прежнему поддерживает меньшинство: порядка 30–32% населения, по оценкам, приводимым в сентябрьских публикациях 2026 года. Для сравнения: еще в середине 2010-х этот показатель не превышал 10–15%, так что рост заметен, но до электорального большинства валлийским националистам еще далеко.

Объединение Ирландии: поддерживают ли его жители Северной Ирландии

Общественное мнение в Северной Ирландии по вопросу объединения с Республикой Ирландия остается более консервативным, чем ожидали многие после демографических сдвигов последних лет (перепись 2021 года впервые показала, что католиков в регионе больше, чем протестантов). По данным опроса проекта Arins/Ipsos для RTÉ, около половины респондентов в Северной Ирландии выступают против объединения (в том числе 21% из католической среды), тогда как за объединение готовы голосовать порядка 26%, еще около 19% не определились. Более поздние публикации 2026 года оценивают текущую поддержку объединения в 35–36%, отмечая рост интереса к теме среди молодежи при сохранении устойчивого, хотя и не подавляющего, перевеса противников объединения.

Могут ли Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия выйти из состава Великобритании

Фото - © Щеголева Ольга / Фотобанк Лори

Главная особенность нынешнего момента в том, что впервые политическая воля трех региональных правительств совпала — но юридические механизмы выхода у них принципиально разные, и почти ни один из них не находится в руках самих регионов.

1. Северная Ирландия формально находится в наиболее выгодном положении: Белфастское соглашение предусматривает законный референдум об объединении, но его назначение зависит исключительно от субъективной оценки британского министра по делам Северной Ирландии — критерий «вероятности большинства» суды прямо отказались конкретизировать, оставив решение политическим.

2. Шотландия не имеет автоматического права на референдум: голосование 2014 года стало возможным лишь благодаря отдельному разрешению Вестминстера (Section 30 order), а Верховный суд Великобритании в 2022 году постановил, что без согласия Лондона Эдинбург не может провести юридически обязательное голосование самостоятельно.

3. Уэльс находится дальше всех от выхода: у него нет ни согласованного правового механизма отделения, ни — судя по опросам — электорального большинства в поддержку независимости.

Именно поэтому большинство аналитиков сходятся в том, что кардиффский меморандум — это не «юридический билет» на выход, а инструмент политического давления, призванный вынудить Вестминстер установить прозрачные правила будущих «разводов». Дополнительный, хотя и не определяющий, фон создало заявление президента США Дональда Трампа, который во время визита в Дублин 12 сентября 2026 года сказал, что «с большим удовольствием» увидел бы объединенную Ирландию и что это «рано или поздно произойдет». Это стало заметным отходом от традиционной осторожной позиции Вашингтона, который выступает одним из гарантов Белфастского соглашения. При этом даже премьер-министр Ирландии Михол Мартин признал: если бы голосование состоялось сегодня, объединение, скорее всего, не набрало бы большинства.

Распадется ли Великобритания: прогнозы и оценки экспертов

Фото - © Nataliia Zhekova / Фотобанк Лори

По мнению политолога Владимира Корнилова, признаки кризиса британской государственности наблюдаются повсеместно.

«Так, Британия фактически потеряла архипелаг Чагос. Все больше стран-участниц Британского Содружества стремятся либо выйти из него, либо отказаться от признания власти монарха. Некоторые из них также требуют компенсаций за годы рабовладения», — рассказал эксперт.

Корнилов считает, что одной из главных причин кризиса является абсолютная некомпетентность руководства Британии и системных политических партий: консерваторов и лейбористов.

«Каждый новый премьер страны демонстрирует все более низкий уровень управления. Энди Бернем — очередное подтверждение этой тенденции», — уточнил политолог.

Корнилов также напомнил, что премьер-министр сам придал импульс центробежным настроениям, когда заявил, что каждый регион королевства должен сам определять свою судьбу и будущее и получать больше самостоятельности.

«Инициатива Бернема по расширению полномочий регионов чем-то напоминает так называемые реформы, „новое мышление” Михаила Горбачева. Мы знаем, чем для нас обернулись эти эксперименты. Я очень надеюсь, что этим же закончится и для Британии, — резюмировал Корнилов.

Не упустил шанс позлорадствовать и Кирилл Дмитриев, глава РФПИ и спецпредставитель президента РФ по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами. В социальной сети X* (*заблокирована в России) он назвал Великобританию «разъединенным королевством» (Disunited Kingdom), обыграв традиционное самоназвание страны — Соединенное Королевство (United Kingdom).

Зарубежные же эксперты более сдержанны. Так, британский специалист по Уэльсу Лора Макаллистер из Кардиффского университета в комментарии агентству Синьхуа отметила, что непосредственные конституционные последствия встречи в Кардиффе ограничены: меморандум не меняет распределения полномочий внутри Британии и не создает нового юридического пути к независимости. По ее словам, значение документа — в другом: впервые лидеры трех наций пытаются сами взять инициативу в конституционном вопросе, а не дожидаться решений из центра. Не случаен, отметила Макаллистер, и выбор более широкого термина «самоопределение» вместо прямого требования независимости — он отражает то, что Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия находятся на очень разных стадиях собственных конституционных дискуссий.