Контента не стоит: почему жертвы насильников боятся рассказывать свои истории

Публичные разоблачения — обоюдоострый инструмент, и относиться к ним надо трезво. С одной стороны, огласка действительно способна отпугнуть настоящих жертв: человек, переживший насилие, боится не только агрессора, но и вторичной травмы — когда его боль превращается в контент, обсуждается посторонними, обрастает домыслами. Страх осуждения, потери работы, реакции детей и родственников нередко перевешивает желание защититься. И если общество превращает трагедию в шоу, часть пострадавших предпочтет молчать, а это прямо противоположно цели. Об этом РИАМО сообщила юрист Кристина Якова.

«С другой стороны, огласка иногда становится единственным работающим рычагом. Когда заявления „теряются“, когда правоохранительные органы бездействуют, а угроза жизни реальна, публичность привлекает внимание, ускоряет реакцию и создает давление, вынуждающее систему работать. Известны случаи, когда именно резонанс сдвигал застопорившееся дело», — сказала юрист.

По словам Яковой, юридически граница проходит по конкретике. Огласка помогает, когда она подкреплена фактами, обращениями в органы и не подменяет собой следствие, а лишь понуждает его действовать. Она вредит, когда публикуются детали, которые должны оставаться в тайне следствия, когда обнародуются доказательства, дающие обвиняемому шанс их уничтожить или скорректировать позицию, когда предается огласке личность потерпевшего без его согласия. Преждевременное «разоблачение» способно разрушить процессуальную чистоту, спровоцировать иск о клевете и в итоге ослабить позицию самой жертвы.

«Разумный подход — сначала правовые механизмы: заявление, фиксация побоев, ходатайства, при необходимости — защитное предписание. Публичность уместна как крайняя мера и по решению самого потерпевшего, а не как самоцель. Инструмент огласки не должен подменять закон, но и закон не должен молчать там, где огласка спасает жизнь», — заключила эксперт.

Подписывайтесь на канал РИАМО в МАКС.